Акт зрения происходит в ре­зуль­та­те невероятно слож­ного, многоступенчатого  про­цес­са. Пуч­ки све­та, ис­хо­дя­щие от ка­ко­го-ли­бо пред­ме­та, пре­ло­м­ля­ют­ся, про­ни­кая че­рез лин­зу (хру­ста­лик) гла­за, и по­па­да­ют на сет­чат­ку гла­за. Энер­гия све­та, по­сред­ст­вом находящихся в ней кле­ток, пре­об­ра­зу­ет­ся в элек­т­ри­че­ские сиг­на­лы, ко­то­рые при по­мо­щи зри­тель­ного нер­ва пе­ре­да­ют­ся в за­ты­лоч­ную до­лю моз­га, на­зы­ва­е­мую зрительным центром. Этот элек­т­ри­че­ский сиг­нал по­с­ле ря­да химических преобразований и про­цес­сов вос­при­ни­ма­ет­ся дан­ным цен­т­ром как изо­бра­же­ние. То есть про­цесс зре­ния про­ис­хо­дит в точ­ке, рас­по­ло­жен­ной в зад­ней ча­с­ти моз­га, ку­да свет вообще никогда не проникает.

Есть еще од­но об­сто­я­тель­ст­во, ко­то­рое мы не долж­ны упу­с­кать из ви­ду. Мы уже го­во­ри­ли, что че­реп человека не про­пу­с­ка­ет внешний свет, а это зна­чит, что в моз­ге у каждого из нас ца­рит пол­ный мрак, то есть свет не мо­жет на­пря­мую воз­дей­ст­во­вать на мозг.

Рас­смо­т­рим на при­ме­ре этот факт. Пред­по­ло­жим, что на­про­тив нас сто­ит све­ча. Мы мо­жем смо­т­реть на нее дол­гое вре­мя, од­на­ко мозг не мо­жет кон­та­к­ти­ро­вать с ог­нем све­чи. Да­же ко­гда мы про­дол­жа­ем смо­т­реть на све­чу, вну­т­ри че­ре­па и у нас в моз­ге абсолютно тем­но, но при этом в этом тем­ном моз­ге мы ви­дим свет­лый, яр­кий, раз­но­цвет­ный мир.

Профессор бионики Эдинбургского Университета Р.Л.Гре­го­ри объ­яс­ня­ет чу­до нашего зрения, ко­то­рое мы не задумываясь вос­при­ни­ма­ем как привычный и заурядный процесс, сле­ду­ю­щим об­ра­зом:

«Мы на­столь­ко при­вы­к­ли ви­деть, что мысль о раз­ре­ше­нии воз­ник­ших во­п­ро­сов тре­бу­ет от нас немалой си­лы во­о­б­ра­же­ния. При­ми­те это во вни­ма­ние. Нам по­да­ют­ся ма­лень­кие пе­ре­вер­ну­тые изо­бра­же­ния, но мы ви­дим пра­виль­ное изо­бра­же­ние ок­ру­жа­ю­щих нас пред­ме­тов. Мы вос­при­ни­ма­ем мир в ре­зуль­та­те изо­бра­же­ний на сет­чат­ке гла­за, и этот процесс есть ничто иное, как великое чудо. Мы ведь даже не знаем, как изображение проецируется на сетчатку, мы просто потребляем готовые картинки изображения».

Не­с­мо­т­ря на это удивительное положение, моз­г человека от­чет­ли­во вос­при­ни­ма­ет­ зву­ки. Это поистине уни­каль­ное свой­ст­во нашего слуха - здо­ро­вый че­ло­век слы­шит все звуки без по­мех и ши­пе­ния. Мозг, ку­да не про­ни­ка­ет ни один звук, мо­жет с совершенной четкостью с­лы­шать сим­фо­нию ор­ке­ст­ра, шум тол­пы, ше­лест ле­пе­ст­ка, шорох травы и множество дру­гих зву­ков в ши­ро­ком ди­а­па­зо­не ча­с­тот, вплоть до шу­ма ре­а­к­тив­ных са­мо­ле­тов.Но ес­ли в этот мо­мент из­ме­рить уро­вень зву­ка в ва­шем моз­ге самым чув­ст­ви­тель­ным при­бо­ром, то ока­жет­ся, что там царит пол­ней­шая ти­ши­на.

Таким же образом происходит и вос­при­я­тие за­па­ха. Запахи – это распространяющиеся с поверхности предметов микроскопические химические частицы, то есть молекулы. Скажем, то, что воспринимается нами как запах свежемолотого кофе, по сути, является летучими ароматическими молекулами этих зерен. Различие между запахами объясняется различием химической структуры их молекул, которые основаны на очень тонких принципах и законах. Так, например, изменение в структуре молекулы даже одного атома углерода может сделать приятный нам запах совершенно невыносимым.При каждом вдохе мы вбираем в себя через ноздри смесь газов, состоящую из триллионов молекул, называемую нами воздухом. Эта смесь содержит в себе и невидимые невооруженным глазом микроскопические молекулы запахов. Часть вобранного нами воздуха направляется особыми турбинными костными структурами носовой полости к зоне восприятия запахов. Таким образом, молекулы запаха достигают зоны расположения обонятельных рецепторов, расположенной в верхней части носовой полости.

Сами же мо­ле­ку­лы за­па­ха ни­ко­гда не смогут про­ник­нуть в мозг. За­пах, как звук и зре­ние, яв­ля­ет­ся всего-лишь элек­т­ри­че­ским сиг­на­лом, по­сту­па­ю­щим в мозг. Сле­до­ва­тель­но, за­па­хи, ок­ру­жа­ю­щие вас с самого ро­ж­де­ния, – это элек­т­ри­че­ские сиг­на­лы, ощу­ща­е­мые по­сред­ст­вом ор­га­нов чувств.

В результате проведенных исследований выяснилось, что наша вкусовая система различает пять основных вкусов: сладкий, соленый, горький, кислый и умами (усиливающий вкус белковых веществ). Ре­цеп­то­ры вку­са по­с­ле ряда сложнейших хи­ми­че­ских ре­ак­ций пре­об­ра­зу­ют восприятие в элек­т­ри­че­ские сиг­на­лы и пе­ре­да­ют в мозг. Эти сиг­на­лы вос­при­ни­ма­ют­ся моз­гом как вкус. Вкус съе­ден­ного ва­ми шо­ко­ла­да или фру­к­та – это лишь вос­при­ятие элек­т­ри­че­ских сиг­на­лов моз­гом. Но вы ни за что не до­с­тиг­не­те пред­ме­та, на­хо­дя­ще­го­ся сна­ру­жи, не смо­же­те уви­деть, по­ню­хать и по­про­бо­вать сам шо­ко­лад. При по­вре­ж­де­нии (се­че­нии) вку­сового нер­ва по­сту­п­ле­ние в мозг ин­фор­ма­ции о вку­се невозможно, и человек пол­но­стью ли­ша­е­тся вку­со­вых ощу­ще­ний. В такой ситуации человек ест пищу, но полностью лишен вкусовых ощущений.

Здесь мы стал­ки­ва­ем­ся еще с од­ним логическим заключением. Мы не мо­жем быть уве­ре­ны, что не­сколь­ко че­ло­век, про­бу­ю­щих од­но и то же блю­до или слышащих од­ни и те же зву­ки, вос­при­ни­ма­ют и ощущают их оди­на­ко­во. Вот что пишет по этому поводу Лин­кольн Бар­нетт в своей книге "Вселенная и Эйнштейн":
«Ни­к­то не мо­жет знать, что его крас­ный цвет или ус­лы­шан­ная им но­та «до» бу­дет вос­при­нята в той же степени кем-то дру­гим.»

Это утверждение правомерно и в от­но­ше­нии чувства ося­за­ния. При ка­са­нии ка­ко­го-ли­бо пред­ме­та, ин­фор­ма­ция, по­сред­ст­вом ко­то­рой по­з­на­ет­ся внеш­ний мир, на­пра­в­ля­ет­ся в мозг в виде электрических импульсов че­рез многочисленные чув­ст­ви­тель­ные нер­в­ные окон­ча­ния, размещенные в кож­ном по­кро­ве человека. Чув­ст­во ося­за­ния фор­ми­ру­ет­ся также в моз­ге. Осязание про­ис­хо­дит не на кон­чи­ках паль­цев или ко­же, как нам ка­жет­ся, а в цен­т­ре ося­за­ния моз­га. В ре­зуль­та­те элек­т­ри­че­ских сиг­на­лов , по­сту­па­ю­щих в мозг, мы ощу­ща­ем же­ст­кое или мяг­кое, го­ря­чее или хо­лод­ное и вся­кое иное свойство пред­ме­тов. Да­же самые мелкие детали, не­об­хо­ди­мые для опо­з­на­ния пред­ме­та, мы познаем в ре­зуль­та­те этих сиг­на­лов. Вот, что го­во­рят об этом из­вест­ные фи­ло­со­фы Бертран Рас­селл и А.Вит­гейн­штейн: «Мы не мо­жем спро­сить, ис­сле­до­вать или про­ве­рить, есть ли ли­мон на са­мом де­ле, и в ре­зуль­та­те ка­кого про­цес­са он су­ще­ст­ву­ет. Ли­мон мож­но по­про­бо­вать на вкус, по­чув­ст­во­вать его за­пах, уви­деть цвет и фор­му, и толь­ко эти свой­ст­ва мо­гут быть те­мой ис­сле­до­ва­ний и су­ж­де­ний. На­у­ка не мо­жет по­з­нать суть ве­ще­ст­вен­ного ми­ра.»

То есть до­с­тиг­нуть са­мого ма­те­ри­аль­ного ми­ра не­воз­мож­но. Кон­та­к­ти­ру­е­мые пред­ме­ты на са­мом де­ле со­сто­ят из со­во­куп­но­сти ощу­ще­ний вос­при­ни­ма­е­мых че­рез зре­ние, слух, ося­за­ние, обоняние. Мозг, при­ни­ма­ю­щий ин­фор­ма­цию из цен­т­ров вос­при­ятия, в те­че­ние всей на­шей жиз­ни за­ста­в­ля­ет нас стал­ки­вать­ся не с «под­лин­ни­ком» ма­те­рии, а с ее ко­пи­ей, фор­ми­ру­ю­щей­ся в нем же, т.е. моз­ге. Мы же при­ни­ма­ем эти ко­пии за реальную ма­те­рию.